Марускаах ни Храава | Marwscáth ni Chnámha
«Однокрылая»
Айре-изгнанница, исследовательница крови и костей.

Malenia [Elden Ring]

79 лет | айре | Подгорье *

••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Образ персонажа

◈ Высокая девушка с изящным телосложением, длинными алыми волосами и яркими золотыми глазами. Бледную, почти белую кожу в разных местах покрывают блестящие багровые чешуйки - один из множества следов драконьей крови, коими отмечена Марускаах. Её пальцы венчают длинные чёрные когти, а ноги от икр до стоп напоминают птичьи. У неё есть тонкий и гибкий чешуйчатый хвост длиной примерно до колен. Но самая яркая черта, выдающая её происхождение - крылья. В глазах большинства она однокрыла - лишь с правой стороны видно массивное крыло длиною с её собственную руку - его покрывают чёрные и тёмно-алые перья. Но есть и другое крыло - маленький, недоразвитый отросток слева, размером примерно с полторы ладони и покрытый коротенькими перьями и редкой чешуёй. Это увечное крыло она ревностно скрывает под одеждой.

◈ На лице, как и на иных частях тела, встречаются скопления блестящих алых чешуек. Особенно много их на правой стороне лица, вокруг глаза - он в свою очередь отличается абсолютно чёрным белком. Некоторые суеверные люди могут решить, что лишь взглянув на человека Марускаах способна проклясть его, но это всего лишь предрассудки людей, испугавшихся её необычной внешности. Она уже привыкла привлекать нежелательное внимание своим видом и старается лишний раз не смотреть на других людей и держаться подальше от их скоплений.

◈ Помимо чешуи её тело покрывают старые и свежие шрамы. Особенно много маленьких шрамов расположено на руках - следы практики магии крови. Есть и более заметные - однажды Марускаах пыталась отрезать себе крылья. Уродливые шрамы испещрили верхнюю часть спины - напоминание о собственной слабости и охватившем её отчаянии.

◈ Предыстория:

Марускаах родилась в ночь 1 ноября 506 года в небольшой общине на юго-востоке Подгорья. Как и её родители, она родилась с явными чертами драконьей крови, но похоже свой след на ней оставила и изломанность мира, исказившая эти черты. Это не стало поводом для родительской нелюбви или издевательств окружающих - община подземной окраины Колыбели Ветров была достаточно умиротворённой, погружённой в спокойную вечную созерцательность. И всё же даже столь мягкие условия не могли успокоить девушку. С самого рождения её гложила собственная внешность. Почерневший глаз, недоразвитое крыло - она чувствовала себя неполноценной, неправильной, недоделанной.

Ещё девочкой она начала обучаться контролировать свой природный магический талант. Одержимость собственными дефектами толкала её интерес к магии трансмутации. При старших она практиковалась в целительстве; наедине же с собой училась воздействовать на собственную плоть. Она быстро поняла, что свои истинные желания лучше скрывать от взрослых - те совсем не понимают её. Убеждённая в необходимости исцелить или "дооформить" себя, Марускаах не стеснялась в средствах. В какой-то момент она взялась и за магию крови - всё, лишь бы лучше понять собственное естество и как его изменить…

Мало кто мог ожидать, что эта замкнутая, робкая девушка решится на такое страшное святотатство. В какой-то момент Марускаах поразила мысль - может, ей не хватает драконьего естества? Возможно, если позаимствовать частичку драконов, она могла бы исправить себя? Так Марускаах опустилась до самой грязной некромантии из той, к которой могли пасть айре. Она воровала прах драконьих костей и похищала крохотные фрагменты их скелетов. Пыталась оживлять их, перестраивать, изменять. В конце концов даже экспериментировала с синтезированием эликсиров из костяного праха и собственной крови. На одном из таких экспериментов её и раскрыли.

Её ждала бы участь хуже смерти, но родители слишком любили свою дочь. Не желая для неё той участи, что была положена за такое ужасное преступление, они изгнали её и велели никогда больше не возвращаться в Подгорье. Марускаах покидала родной край с тяжёлым сердцем. Она понимала, что за подобное предательство, за причастность родителей к её побегу от наказания, родню могут ждать последствия. Было бы правильно развернуться и принять заслуженную судьбу, но она испугалась за собственную жизнь - и бежала, не оглядываясь.

На поверхности Марускаах оказалась в возрасте сорока семи лет. Совсем юная, неопытная, полная разочарований в себе за свершённые опрометчивые ошибки и потерянная в представлении о своей будущей жизни. Она скиталась некоторое время среди Костяных холмов в Порубежье. Эти опасные, проклятые земли закалили её, научили выживанию и осторожности. Этот край предоставил ей и другие возможности - материалов для исследований на окраинах павшей Амадии в изобилии. Марускаах не оставила ни магию крови, ни некромантию - теперь уж нет смысла бежать от собственных грехов. Со временем тракты привели её к границам Аравеля и Кейлима - так и стала кочевать от одного края к другому. Тёмные секреты Амадии манили её на восток и юг; драконьи останки же звали на север. И всё же ни то, ни другое место не было безопасным для её опытов. Так и бродила она от города к городу, от могильника к могильнику, в надежде, что эти поиски когда-нибудь приведут её к откровению.

Дополнительная информация

◈ Искусна в магии. Вершина её магического таланта - школа трансмутации. Умеет изменять форму и свойства собственной плоти вплоть до превращения себя в невообразимую химеру из роговых наростов и костей, да конечностей в настоящее естественное оружие. Но старается не злоупотреблять слишком масштабными трансформациями, поскольку подобное сильно выматывает. Обладает полной властью над собственной кровью - способна манипулировать ею в самых разных формах: движение, формирование объектов, изменение температуры, агрегатного состояния. Практикует воскрешение трупов и зачарование, создание костяных конструктов и оружия из останков павших. Может зачаровывать их для большей эффективности.

◈ Свободно говорит лишь на языке айре. Ввиду замкнутости и отрешённости даже за годы странствий не научилась говорить бегло на амадийском и аравельском диалекте эйдинского, но кое-как изъясняться на них способна.

◈ При себе имеет немного вещей и самая ценная из них - дневник в переплёте из обрывков светлой кожи, замаранной высохшей кровью. Там хранятся записи обо всех её экспериментах. Часть записей сделана кровью и, как ни странно, довольно изящным, ровным почерком - одно из маленьких бытовых преимуществ магии крови. Не всегда у Марускаах была возможность воспользоваться чернилами во время скитаний по Рубежным землям.

Планы на игру, пожелания по сюжетам и игровые табу

Путешествия по Рубежным землям и Пустошам Амадии, коль будет возможность. Всякие тёмные оккультные эксперименты с кровью, плотью и костями. Возможно, новые попытки посягательства на драконьи останки? Тут уж как сложится. В целом, с удовольствием поучаствую во всяких тёмно-магических мероприятиях в пределах очерченных зон обитания персонажа. Если вдруг буду удобна для каких-нибудь сюжетов в регионах - тоже могу вписаться. Персонаж в большей степени зациклен на своих исследованиях, так что мотивация и личные амбиции несколько ограничены, но повернуть обстоятельства в нужное сюжету русло - обычно не проблема. А насчёт "запретных тем" - наверное у меня таких нет.

Что делать с вашим персонажем в случае ухода с проекта

Можно перевести в разряд NPC, если будет необходимо.

Пример поста

Очень темно. Холодно. Затхло. Сыро.

Сдавленный воздух, словно спрессованный толщами камня, тисками сжимает хрупкую на первый взгляд фигурку полуэльфийки. Тепло костра почти не чувствуется, а его света достаточно разве что ярче подчеркнуть ту тьму, что окружает их бесконечно долгие дни. Она пытается дышать глубоко и медленно, но от гнилостного подземного воздуха ей становится лишь дурнее. Пальцами касается камня под собой - холодного и совершенно безмолвного. Эта тишина, кажется, давит ни чуть не меньше темноты и затхлости. Усталым взглядом скользит по россыпи люминисцентных грибов на противоположном краю пещеры, по мху на отдалённом камне, по склизкой плесени на стенах. Вспоминает жутких тварей, обитающих среди мрака и сырости этих мрачных туннелей. Когда тишина исчезает, ей на замену приходит лишь гвалт жути, неестественности, безумия. Если под землёй жизнь и есть - то лишь извращённая, монструозная и совершенно неистовая в своих жестокости и смертолюбии.

Отголоски недавно вспыхнувшей злости тают столь же быстро, как искры пламени в сыром, застоявшемся воздухе Подземья. Остались лишь опустошённость, сомнения и как будто даже толика разочарования к самой себе. Она избегала смотреть на леди Киму после их конфликтов, избегала иллитида Кларота, отстранилась от собственной группы, в которой невольно чувствовала себя чужой. Противоречивые мысли облепили её противно склизкими, холодными мыслями - словно та плесень, что покрывает стены пещеры.

Непонятно. Тяжело. Больно.

Кейлет невольно сжалась, когда почувсвовала чужое присутствие рядом. Тактичное, осторожное, но даже этого оказалось достаточно, чтобы внутренне уязвимая сейчас девушка вздрогнула. Слышит голос Вакса и испытывает противоречивые чувства: ей не хочется, чтобы кто-то видел её такой подавленной, но в то же время, возможно сама того не до конца осознавая, она рада что он подсел.
– Конечно, – как-то неловко-нервно отвечает она на запоздалый вопрос. Она сидела поджав ноги под себя и обхатив их руками, напоминая маленький печальный сталактит. Полуэльфийка замечает, как спутник пытается пристроить повреждённую ногу и хочет уже спросить его о самочувствии, но Вакс'илдан задаёт свой вопрос раньше нерасторопной девушки.
– Я… – она запнулась, боясь признаться в гложащих её чувствах и сомнениях. Но всё-таки не хочет лгать, не хочет держать в себе всё и даёт краткий, но честный ответ, – не очень.