ЛАРА | LARA
Бдящая церкви Гвенны

Rachel Weisz

32 | человек | Рионна

••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••

Образ персонажа

• Как и прочие Бдящие, воспитана в ордене; сирота, родителей не помнит — и, признаться, нисколько об этом не жалеет: ее устраивает та жизнь, что есть у нее сейчас, возможности и знания, уже данные ей — и еще только ждущие впереди. Так что, получи она шанс вернуться в прошлое, Лара бы не изменила ничего. Разве что, возможно, чуть раньше бы пробралась в один из разделов Архива, закрытый для тех, кто еще не закончил обучение, но и только.
• Страсть к знаниям логично и естественно нашла продолжение в страсти к путешествиям. Лара — одна из немногих Бдящих, кого закрытый образ жизни скорее угнетает; жизнь слишком многообразна и интересна, чтобы узнавать о ней из хроник, сплетен и донесений, а не наблюдать своими глазами. Традиционно Бдящие не вмешиваются в политику, светскую ли, религиозную, и эта часть жизни любопытна для нее в той же мере, что любое другое исследование: наблюдение, а не участие. 
• Звезды — главная константа ее жизни. Люди, айре и даже драконы, ставшие достоянием легенд, по сравнению с ними настолько малы и незначительны, что иных это осознание ломает. Лара же находит в этом успокоение, опору: что бы ни произошло сегодня, завтра солнце будет все так же светить — пусть и кому-то другому. Так зачем тратить и без того недолгую жизнь на уныние и тоску?
• Быстро загорается и долго не гаснет; порой, увлекшись очередным исследованием, и вовсе забывает о мире вокруг, и горе тому, кто решит ей о нем напомнить. Звезды открывают тайны лишь тем, кто готов смотреть вглубь, а чем глубже — тем темнее. Обычно дружелюбная и смешливая, после особенно долгой работы может и нарычать, и послать далеко, надолго и кружным путем. Ларе свойственен если не безудержный оптимизм — для этого она все-таки знает слишком много, — то как минимум стойкая вера в будущее, но в минуты хандры она, пожалуй, начинает понимать прелесть уединения. Впрочем, надолго ее никогда не хватает: звезды вновь указывают путь, и на месте ей уже не сидится.
• При всем этом не особо верит в гадания, хоть и владеет некоторыми — многими — из них. Больше других методов предпочитает карты, но в подходящем настроении согласится взглянуть и на звезды. Но если карты, чьи-нибудь кишки и чаинки — баловство, то звезды — это уже наука, голос Гвенны, а не забавная шутка, и пренебрежения в этом вопросе Лара не терпит.
• Не то чтобы часто бывает в храмах Гвенны, даже если и оказывается в городе, где они есть. Ей не нужны посредники, чтобы слышать Ее: Гвенна говорит с ней через звезды, а для этого достаточно чистого неба. Оказавшись в храме, скорее проведет время за приятной беседой и чаркой вина, чем за молитвами.

Дополнительная информация

• Обладает достаточным уровнем доступа, чтобы иметь возможность изучать большую часть разделов Архива.
• За годы путешествий освоила некоторые виды оружия — боги не помогают тем, кто полагается лишь на случай, так не лучше ли прежде позаботиться о себе самой? Предпочитает короткие клинки, но если выпадет шанс уклониться от стычки — не побрезгует им воспользоваться. В конце концов, она увлеченная исследовательница, а не отшибленная.
• Не любит мерзнуть и быть голодной; кажется, единственный способ не навлечь на себя гнев, отвлекая ее от работы, — своевременно подсунуть еду.

Планы на игру, пожелания по сюжетам и игровые табу

• Влезть в сюжет с культистами, разумеется! Поковыряться в делах церкви, понараздавать предсказаний, попутешествовать по миру
• Жесткий триггер на боди-хоррор и подробную расчлененку

Пример поста

Сон приходит, едва она касается подушки; обрушивается волной, тяжелым одеялом, погребая под собой, но в этот раз — вот странность — не приносит с собой страха. Поглощающего, парализующего, словно яд.
Во сне приходит он — и каждый раз, когда вспыхивает слабой болью рука, перед глазами встает его лицо. Обеспокоенное, почти встревоженное; вспоминается его прикосновение — быстрое, аккуратное… естественное.
Проснувшись, Мелина даже чувствует себя немного отдохнувшей. Смотрит в потолок, силясь разглядеть сквозь остатки ночи неведомо что, и все слышит его голос.
Что же он говорил… да важно ли?
Ей нужно больше отдыхать. Лучше спать. Выспросить у придворного лекаря настои, которые лишают снов, а не сна.
Она переворачивает набок, обнимая одну из подушек, но сон уже не идет; стоит лишь закрыть глаза — и…
Неважно.
В покоях уже звучит негромкий голос Анны, дверь спальни приоткрывается, и горничная проскальзывает внутрь с кувшином чистой воды, мягким полотенцем.
За окном еще ночь, и больше всего хочется зарыться обратно в одеяло, но Мелина заставляет себя сесть, встает — каменный пол обжигает ноги холодом, — и напоминает, что отдохнуть она сможет потом.
Потом, когда все это закончится.
Лошадь — Астра — уже заседлана и нетерпеливо фыркает, переступая ногами. Тычется носом в плечо, выпрашивая лакомство, и Мелина фыркает в ответ, доставая яблоко, гладит ее по переносице, треплет за ушами, привстав на носочки.
Рядом мелькает Родерик — привычно проверяет седло, ремни, отдает приказы охране — не всему отряду, этому Мелина по-прежнему противиться, но даже ей очевидно, что брать с собой одного лишь Родерика рискованно.
Так что они сходятся на троих.
— Все готово, миледи, — докладывает Родерик, и Мелина кивает.
— Хорошо. Дождемся его светлость и поедем.
Небо уже начало сереть, скоро и рассветет…
Жаль, звезды уже не видны.
Услышав новые голоса, Мелина оглядывается, на шаг отступая от Астры, приветливо улыбается и склоняет голову.
— Доброе утро, ваша светлость. Я посылала слуг предупредить вас, что мы отправимся верхом. — В карете, еще и в тепле, она просто сомлеет и заснет. — Надеюсь, вы не будете возражать.