вверх
вниз
ИЛАЙ ФОН КРЕНЦ / ИЛАЙ | ELI VON KRENZ / ELI
адепт культа Многоликого
toby regbo24 | человек | пятиречье
••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••••
Образ персонажа
- Рожден в маленьком княжестве Пятиречья.
- Некогда княжеский наследный сын, ныне – сирота. Илаю только-только исполнилось три года, когда на их маленький замок напали разъяренные крестьяне. Натравленные на своего повелителя алчным правителем соседнего княжества, разозленные неурожаем, пришпоренные богатым посулом, крестьяне были впущены подкупленной стражей и вместе с ними вырезали весь замковый двор. Кровью истекали слуги, повара и гувернеры, дворянские потомки, гостившие в ту ночь в замке. Все они оказались в стороне от искуса вражеского князя соседствующих земель, все они полегли. Земли больше не принадлежали семье фон Кренц. Илай больше не принадлежал семье фон Кренц. Он толком не успел даже усвоить, что когда-то имел к ней отношение.
- Спас Илая бывалый рыцарь фон Лоос, слишком обленившийся для турниров и дальнейшей воинской славы, но слишком опытный и мудрый, чтобы мгновенно понять, как ляжет карта в народившемся ночном разбое. Он подвязал мальчишку себе за плечо лоскутом мантии и погнал коня во весь опор, прочь из замка. Во время побега рыцарь схлопотал стрелу в плечо, лишь чудом не влетевшую в крохотное детское тельце совсем рядом.
- Со времен побега Илай стал на кочевой путь жизни. Лишь немного досточтимый сир фон Лоос продержал мальчика у себя, а после – тихонько сдал его странствующим менестрелям. Илаю не было и пяти.
- При менестрелях он пробыл восемь с лишним лет. Златоволосый очаровательный мальчик нравился публике и со временем обзавелся собственным номером посреди взрослой программы. Он пел грустную песню, пел дивно, сладко, чистым голосом – и не мазал по нотам. Голос прожитой ли судьбы, а может, просто природный талант захватывал публику, а это значило, что Илай мог приносить деньги. За юный, пленяющий голос и популярность у народа его полюбили старшие певцы, обучили играть на музыкальных инструментах, в первый черед – на лютне, и больше не считали своим служкой. С некоторых пор он стал еще одной творческой фигурой среди прочих, пусть в силу своего возраста никогда и не был им равным.
- С менестрелями Илай объездил множество земель. Подучился языкам. Певцы научили его манерам, немного вульгарным, затянули в омут под названием «мода», но, увы, так и не втянули его в богатство.
- Однажды на менестрелей напали в пути, забрали оттуда всех симпатичных и молоденьких. После – распродали. В тринадцать Илай попал в бордель Кейлима. Видал там жизнь, в качестве наказания за любую провинность носил тяжелый ошейник и отдавал в жертву неумолимой действительности самые хрупкие и цветущие свои годы. До той поры, пока бордель за долги не разгромили наемники. Илаю было тогда 17. Снова он оказался посреди умирающих. Полуголые девушки и юноши, мужчины и старики истекали кровью вокруг него, да и сам он готовился тогда встретить свою гибель в ненавистных стенах...
- Проклятый ошейник с него снял некто по имени Адиль, мрачный наемник из Кейлима, который вытащил из горящего борделя Илая и еще нескольких подростков. Кто-то затерялся сразу, в суматохе. Троих – Илай был среди их числа – наемник увез от борделя подальше и там, чуть только остановились лошади, отпустил юнцов на все четыре стороны. Дал им свободу выбора. Илай остался при своем спасителе и с той поры всегда был при нем.
- С той поры, как Адиль покинул Кейлим и оставил путь наемника, он примкнул к сторонникам культа Многоликого бога. Илай верно следовал в своиз воззрениях за наставников. Уже более шести лет вдвоем они путешествуют по миру, под видом ремесленников и бродячих торговцев изыскивая новых адептов. Илай в их дуэте приманивает народ.
- Магией владеет слабо, но находится на нерегулярном обучении у своего наставника. Имеет какие-никакие навыки в магии исцеления, а также в очаровании и, соответственно, в чарах, защищающих его собственный разум. Примеру для: с сильной открытой раной скорее справится «аналоговым» способом, руками, иглой и нитью, мазями, повязками и прочим. Сильному магу, воздействующему на разум, ничего противопоставить, увы, не сможет. Более того, Илай магии побаивается, потому как в основе своей ничего доброго от нее не видал...
Дополнительная информация
- С виду тихий, пригожий и миролюбивый, юноша, чуточку очаровательный. Покладистый, мягкий. Отрада для бабушек и взрослых дам, из чьего гнезда выпорхнули их взрослые сыновья.
- Хитер. Хитрость эта вынужденная. Она – и способ, с которым Илай научился сосуществовать с непростым молчаливым наставником, и необходимое условие для успешного их труда. За все время совместных странствий черта эта укоренилась в нем, проросла в него и постепенно становится истинной частью его натуры.
- От своего наставника он заразился скрытностью, которая только наедине с Адилем и пропадает. О себе правды не выбалтывает. Зато охотно выпытывает ее у других.
- Падок на лесть со времен путешествий с менестрелями. Очень любит, когда его хвалят, когда им восхищаются. С тем же размахом любит и умеет хватить и восторгаться сам. Оба действия доставляют ему искреннее удовольствие.
- Имеет отличную память на лица и имена, хорошо помнит, кто и что должен.
- Ему присуща артистическая харизма и некоторая любовь быть в центре внимания. Публики Илай не боится. Охотно перед ней блистает в той или иной роли.
- Когда надо, Илай умеет быть золотым скромным мальчиком, но ровно с тем же успехом может превратиться в томного искусителя, пусть и ненавидит от всей души это превращение.
- Презирает богатых самовлюбленных мужчин – и куда более лоялен к женщинам.
- Особенную неприязнь испытывает к священнослужителям старых богов, не без оснований видя в них гниющую голову рыбы из той самой поговорки.
- Имеет некрасивый шрам на боку и на шее.
Планы игру, пожелания по сюжетам и игровые табу
• Мы здесь, чтобы напрягать церковь Гвенны, исполнять волю Многоликого в Рионне – и попутно где-нибудь еще
• Твинк Алексиуса
• Какие темы категорически не играете
-Что делать с вашим персонажем в случае ухода с проекта
• На усмотрение администрации)
Пример постаДемонстративно медленно Алексиус втянул носом воздух, закатил глаза, позволяя себе быть терпеливой глыбой в которую маленькая девчонка бросала дробь своих детских насмешек.
— Так то – шельма. Шельмам никаких поблажек, — ответил он строго, зыркнул на Агнешку искоса, выгнув бровь. А девочка заливалась соловьем. Придумала новую присказку – и ну повторять ее, как попугай. Алексиус смешливо фыркнул. – Балуешься? Встанешь потом на горох... Нет. На нут.
— И сколько яблок у тебя! Вы чего тут, пока меня не было, яблони грабить стали? — она тараторила и была непоседливой, ни шагу не делала смирно.
— Это только хорошие гвеннитки могут знать, деточка, — хмыкнул Алексиус, с хрустом откусывая яблоко, которое мигом наполнило рот соком, и дальше говорить какое-то время было невозможно. Марул с удовольствием и ухмылкой жевал, понимая, что настроение странным образом улучшилось с этой встречи. Наблюдал за ней в новой роли и щурил глаза от яркого солнца, чуял, как пахнет затянувшаяся поздняя осень с бодрящей ее прохладой, как пахнет земля, напоенная дождями. Как пахнет смолами сосна, у которой они стояли.
Он прислонился плечом в шершавой коре и позволил себе хорошенько разглядеть девочку. Как ладно лежали чары, что и не отличить было от настоящей! Не чувствовалось ничего. Не выдай она себя нарочно словами, Алексиус бы и не заподозрил подвоха!.. Такое заслуживало уважения. И опасения. Впрочем, не теперь было о том думать рыцарю. Подвижный, словоохотливый образ девочки подходил Агнесс куда лучше, чем смиренная девица из архивов.
— Как тут у вас дела? Скучали без меня? – и тут она не стояла на месте, зашептала хитренько.
И до чего обманчиво было это чувство умиления и радости, что Алексиус готов был тут же ответить ей: пожалуй, скучали. Пусть и совсем немного. Когда больше вообще не о чем подумать было. Сказать так – и, может, еще самую малость доязвить.
— Сияющая иногда вспоминает Агнесс. Да и я, когда случается проходить над казематами, — он коротко оскалил зубы. Говорил тихо, так, что и ветер успевал заглушить его слова. — Все стало спокойно в иларийской церкви с уходом смиренной, — прибавил Алексиус с нарочной лиричностью в интонации. После фыркнул и коротко засмеялся. – Странно, правда?
«Как ты прошла, что защитные чары и не пикнули!..» — подумал он следом. Значило ли это, что и другая «девочка» могла просочиться на эти земли, только с другим намерением. Например, напасть на жрицу?
— И никак, никак не вырваться из этого города, — сказал он, кидая взгляд далеко вперед, словно там ждала его родная земля. Потом Алексиус достал еще одно яблоко, маленькое, жесткое, с красным боком. – На. А как же поживает подруга моих смиренных дней? Она осторожна? Помогает ли ей какой-нибудь бог на ее пути? Рассказывай, стрекоза.
Отредактировано Eli (2026-03-21 18:23:57)
